Судебного прецедента по валютным договорам не получилось: изменение курсов валют, экономической политики государства и состояния рынка не относятся к существенным обстоятельствам для целей изменения и расторжения договоров

Проблема, с которой столкнулись многие предприниматели от мала до велика, оптимистичного решения которой подавляющее большинство практикующих юристов и адвокатов не видело: цена договора (аренды, поставки, подряда etc.) указана в валюте по курсу Банка России, с учетом кризиса, санкций и резкого снижения курса национальной валюты исполнение такого договора стало не просто невыгодным, но даже кабальным. Что делать в такой ситуации? Можно ли такой договор расторгнуть без каких-либо санкционных последствий, если таковые предусмотрены? А изменить данный договор в случае, если одна из сторон отказывается от этого?

Ответы на такие вопросы (как и решение обозначенной проблемы) сейчас вырабатываются судебной практикой – не столь громким, но очень любопытным делом № А40-83845/2015 по иску ПАО «Вымпел-Коммуникации» к ПАО «Тизприбор» о расторжении договора аренды и о внесении изменении в договор аренды (изначально это было два самостоятельных иска, рассмотрение которых было объединено в одно дело).

Описывая коротко фабулу дела, можно ограничиться лишь следующим: между данными организациями был заключен договор аренды, определен достаточно подробный и непростой механизм определения размера арендной платы, цена договора была определена в долларах США.

Арендные правоотношения возникли еще в 2006 году путем заключения Предварительного договора аренды. И на тот период времени всех все устраивало.

Однако с учетом нагрянувшего кризиса, резкого падения курса национальной валюты и отход Банка России от регулирования валютного коридора привело к тому, что стоимость аренды, в грубом пересчете на рубли выросла с 900 млн. руб. до почти 2,5 млрд. руб.

Ссылаясь на то, что введение санкций, валютная политика Банка России, ослабление рубля по отношению к иностранной валюте, явились существенными изменениями обстоятельств, из которых исходили стороны при заключении договора, а также то, что в результате подобных валютных колебаний арендодатель, de facto, извлекает необоснованную выгоду из своего положения, истец (ПАО «Вымпел-Коммуникации») требовал расторгнуть договор аренды и внести в него изменения.

Суд первой инстанции, к удивлению многих, встал на сторону арендатора. Несмотря на то, что в расторжении договора суд отказал, решением суда договор подвергся изменениям в части установления предельных величин курса валют для целей определения размера арендной платы: «В случае, если на дату Платежа курс рубля РФ к доллару США, установленный ЦБ РФ, составит менее 30 (Тридцати) рублей за один доллар США, платеж должен производиться по курсу 30 (Тридцать) рублей за один доллар США. Если курс рубля РФ к доллару США, установленный ЦБ РФ на дату Платежа, составит более 42 (сорока двух) рублей за один доллар США, платеж должен производиться по курсу 42 (сорок два) рубля за доллар США.»

Суд первой инстанции счел обоснованными доводы о нарушении баланса интересов, о возникновении необоснованной выгоды, а также о существенном нарушении общерыночного уровня цен для аренды аналогичного имущества в аналогичной местности.

Юристы в одночасье заговорили о прецеденте, позволяющим пересмотреть очень многие валютные договоры, заключенные до кризиса, которые сегодня являются юридическими оковами для одной из сторон.

Однако ликование было недолгим.

Как видится, вполне ожидаемо Девятый Арбитражный апелляционный суд отменил решение суда первой инстанции и в иске отказал полностью.

Апелляция подошла к данному вопросу с формальной точки зрения. Оперируя такими понятиями как «свобода договора», «предпринимательская деятельность» и «исполнение обязательств» апелляция указала, что валютные условия договора были добровольно согласованы сторонами, вопрос колебания курса валют зависит от множества факторов, которые не ограничиваются политикой, а включают в себя и сам рынок, частью которого являются и стороны по делу, а следовательно: а) стороны могли предвидеть подобное развитие событий; б) заключая валютный договор стороны действовали добровольно на свой страх и риск.

Собственно, при всей, вероятно, несправедливости данного судебного акта для предпринимателей, он выглядит более чем правильным с точки зрения буквы закона. Подобное решение лишний раз акцентирует внимание на повышенные требования к условиям валютных договоров, необходимости более детальной и тщательной проработки, а также юридического закрепления. Применения к работе с такими договорами юридических механизмов, действенных для "невалютных" договоров, является просто опасным. И суд от таких опасностей вряд ли защитит.